Пижонкова Анна Алексеевна
Родилась 10.10.83, в Москве.
Окончила Школу 1323
Московский Городской Педагогический Университет, Московский Областной Колледж Искусств, Московский Государственный Университет Культуры и Искусств.
прошла стажировку во Франции по направлениям jazz, contemporain в школе OffJazz, Ницца (Франция) Прошла интенсивы в Alvin Ailey American Dance Theater, Нью-Йорк (США) и Batsheva dance company, Israel ( Yaniv Abraham). С 2018 года являюсь членом Союза Театральных Деятелей Российской Федерации.
Замужем.
Ты профессиональная танцовщица. Расскажи, как ты пришла в профессию? Многие думают, что это дорога с детства.
О, это классный вопрос! Потому что многие мои знакомые, друзья и даже коллеги по цеху не знают, что я занимаюсь танцами вовсе не с детства.
В пять лет мама отвела меня на хореографию — точно так же, как сейчас я отвела свою дочку. Это была классическая мамская история: «чтобы осанка была, чтобы стопа стояла правильно». Мама рассказывает, что я была дико стеснительной, боялась даже что-то делать у станка. Спустя год я начала ныть, что не хочу ходить, и мама меня забрала. На этом история с танцами закончилась на долгие годы.
Потом было плавание, музыкальная школа, фехтование. А в 17–18 лет я увидела, как моя подруга танцует ирландские танцы. Я прямо взмолилась: «Тань, я так хочу попробовать!» Она привела меня в свою студию, где я и осталась на четыре года.
А куда ты пошла учиться после школы?
Я поступила на Геофак в педагогический университет. Так что по первому образованию я учитель географии. Я даже работала в школе здесь, на Автозаводской. Кстати, недавно один из моих бывших учеников позвал меня на свидание (смеётся). Но тогда им было по 12 лет, и я им рассказывала про реки и климат.
Когда я была на практике в школе, я не танцевала. И у меня случился настоящий кризис. Я начала лихорадочно искать, чем бы ещё заняться, перебирала варианты. И в какой-то момент ответила себе абсолютно честно: я хочу делать всё, что связано с танцем. Танцевать, преподавать, ставить хореографию, участвовать в перформансах.
То есть это абсолютно твой путь?
Абсолютно. И через него я несу людям добро. Со мной очень любят заниматься и дети, и взрослые. Хотя я довольно жёсткий педагог. Требовательная, могу и прикрикнуть. Но для меня табу — переходить на личности. Никогда не унижаю человека, потому что это ломает.
Сколько лет ты уже на этом пути?
С восемнадцати, а сейчас мне 42. Так что, если не ошибаюсь в подсчётах, уже 24 года. Я окончила Колледж искусств по направлению «народный танец». Работала в Государственном ансамбле «Песни и пляски» МВД России, и у меня в трудовой книжке даже запись есть: «Артист балета». А потом попала в рок-оперу с группой «Король и Шут», с Мишей Горшенёвым — и тогда началось моё погружение в современную хореографию. Вообще, я люблю всё: хип-хоп, хай-хилс, народные танцы. Надо мной иногда подтрунивают из-за этой всеядности. Но даже если это какая-то ерунда, я всё равно получу от танца удовольствие.
Кого бы ты хотела поблагодарить на этом пути?
Конечно, маму. Она никогда меня не отговаривала, хотя имела полное право сказать: «Зачем тебе это надо?» И была бы права, потому что я в этой профессии такого хватанула — ужас! Но она поддерживала. Когда я пришла в колледж, у меня не было никаких данных: ни выворотности, ни шага. Мне приходилось тянуться в десять раз больше остальных. Я тянулась по ночам — то с мамой, то с парнем. Мама давит на «лягушку», слышен хруст, я плачу, она плачет, но тянет. А парень Денис поставил условие: «Ещё раз заплачешь — тянуть не буду». Пришлось грызть руку, чтобы сдержаться. Спасибо им огромное.
А преподаватели в тебя верили?
Если честно, никто не верил. Отдельное спасибо моему мастеру курса, которая «гнобила» меня больше всех. Она прямо говорила: «Ты никогда не будешь работать по профессии. Будешь борщи варить или стрипухой в клубе». Могла остановить репетицию и орать на меня в микрофон. И что в итоге? По иронии судьбы, из всего нашего курса, из всех тех талантливых ребят, танцую сегодня только я.
Что у тебя отбирает ресурсы, а что, наоборот, наполняет?
Ресурсы отнимают люди, которые не вкладываются в процесс. Или ситуации, когда ты из нужды соглашаешься на проходную хореографию для Дня города. Берёшься за это только потому, что срочно нужны деньги, — это выматывает.
А наполняет меня, конечно, танец. И ещё — возможность побыть одной в незнакомом месте. Недавно во Вьетнаме я ушла от всех в пагоды, бродила одна в тумане. Никого вокруг, только алтари и запах благовоний. Это было невероятно!
Есть ли у тебя здоровые привычки, ритуалы?
Я очень давно занимаюсь йогой, ещё с 2010 года. Езжу на ретриты, прошла Випассану. Для меня йога — это точно не гимнастика. Она даже не про то, чтобы сделать тебя счастливым. Она про то, чтобы ты ответил себе на вопрос: «Кто я есть?». Йога научила меня не убегать из сложных ситуаций. Раньше, если случалось что-то неприятное, я просто исчезала: не звонила, не выясняла причины, выходила из «позы». А теперь я могу задержаться, посмотреть на свою боль, спросить: «Где именно мне больно? Что происходит?» — и прожить это.
Ну и классика: стакан воды по утрам. Уже лет шесть не ем мясо. А недавно завела котика — теперь у меня дома полный релакс.
Какие книги, фильмы или действия тебя вдохновляют?
Меня очень вдохновляет возможность соединять людей. Наверное, поэтому я и организую мероприятия. Видеть, как люди знакомятся, становятся полезны друг другу в профессии, а иногда даже находят любовь, — это настоящее счастье.
Из фильмов могу назвать «Храброе сердце» и «Трою». Люблю читать Фаузана, сестёр Бронте, Борхеса.
Ты себя любишь?
Я стараюсь этому научиться. Если бы я себя по-настоящему любила, вряд ли бы я так себя гнобила за то, что я «неталантливая». Я, например, ненавижу смотреть на себя на видео. Но с возрастом приходит понимание: идеальных не существует. И нужно честно признать себя. Да, у меня никогда не будет каких-то профессиональных вещей, как у других. Но есть вещи, которые я делаю лучше, чем тот, кто легко садится в шпагат. Мы просто разные. И это важно принять.
Для кого ты танцуешь?
Для себя и для зрителя. Я никогда не работаю «поверх» зала, не смотрю в одну точку. Могу сесть на край сцены и заглянуть кому-то прямо в глаза. Самое ценное для меня — когда после спектакля подходят люди, которые вообще не планировали идти на танцы, а купили билет в филармонию случайно, и говорят: «Я понял. Я что-то понял из того, что вы делали». Вот это высшая награда.
Ты сегодня и ты год назад — какая разница?
Наверное, я чуть больше устаю. Не столько физически — я до сих пор танцую очень тяжёлый спектакль с «Королём и Шутом», который идёт уже 14 лет. Но я стала замечать ментальную усталость. Прихожу домой и понимаю: просто устала. Это нормально. Меняется возраст, меняется психофизика. Мы все стареем и взрослеем.
Расскажи о других своих ролях: матери, жены, дочери.
С мамой у нас прекрасные, тёплые отношения, мы подруги. Но однажды я поняла, что нужно соблюдать дистанцию. Я позвала её на роды, и это было ошибкой. Мама не может не жалеть, а женщину в родах жалеть нельзя.
Замужем я 8 лет, вместе мы 10. И сейчас мы как раз проходим через кризис десяти лет, который совпал с кризисом среднего возраста мужа. Но нас держит уважение друг к другу и общие цели. В фундаментальных вещах — дружбе, взаимовыручке, воспитании детей — мы смотрим в одну сторону. Хотя в быту мы разные: я вскакиваю по будильнику, а он может лежать, пока я не соберу ребёнка в школу.
Дочка Вера, ей семь лет, очень похожа на меня. Такая же эмоциональная, вся в своих желаниях. Я учу её важной вещи: «Твоё мнение не всегда нужно озвучивать. Иногда не стоит говорить человеку в глаза всё, что ты думаешь. Это не сделает его счастливее».
Где ты видишь себя через пять лет?
Представляю два варианта. Либо я где-то в другой стране или на Бали, занимаюсь дауншифтингом, потому что сильно выгорела. Либо — и это моя мечта — я остаюсь в Москве, моём самом любимом городе, и у меня есть своё арт-пространство. Там будет всё, что я люблю: выставки, хореография, йога, уютные тусовки, мастер-классы. Я буду этим управлять и объединять людей.
Что бы ты пожелала людям?
Почаще смотрите просто вокруг. Застывайте в настоящем моменте. Неважно, где вы — в транспорте или на улице. Остановитесь на минуту и прочувствуйте: как лежат руки, как дышится, как обтягивают джинсы. Это возвращает вас в момент «сейчас». Потому что обычно мы бесконечно мечемся между прошлым и будущим. А жизнь — она только здесь.